Выпуск 6

Мегасобытия: панацея или контрольный выстрел для города?

По сути, мегасобытие можно определить через совокупность следующих характеристик: масштаб, международность, необходимость капитального строительства объектов и модернизации городской инфраструктуры для проведения мероприятия, способность привлекать внимание глобальной аудитории. Может ли мегасобытие стать поворотной точкой в судьбе города, преобразить его, стать залогом его процветания?

Дмитрий Сиваев,
экономист, урбанист

Чтобы понять, зачем городу нужны олимпиады и всемирные выставки, узнаем, как на них смотрят экономисты, что мегасобытия дают городу с экономической точки зрения. Для экономиста любое мегасобытие – это инвестиционный проект. Город (государство, местный бизнес) вкладывает большие средства в его подготовку и проведение. Конечно, немаловажный итог этих вложений – гордость и радость по поводу столь значимого праздника, но экономиста такими материями не удовлетворить. Для него важно, какова будет отдача от инвестиций.

Спорт

Пьедестал почета по вместимости принадлежит стадиону «Первое мая», насчитывающему 150 тысяч мест для зрителей! Столь грандиозное сооружение находится в столице Северной Кореи – городе Пхеньяне. И любят тут не только и не столько футбол, сколько ежегодные массовые представления, посвященные важным для страны событиям.

Например, согласно чисто финансовому подходу, сравнить все затраты бюджета на организацию игр со всеми дополнительными доходами, которые они сулят. Или попробовать нарисовать более полную картину – взвесить затраты против общей выгоды общества от мероприятия. Можно сфокусироваться на создании новых рабочих мест, расширении экспорта, ускорении темпов роста валового продукта. Суть не меняется: все это достигается при увеличении объема экономической деятельности.

Какие же двигатели экономического роста для города можно найти в любом мегасобытии? Во-первых, подготовка к мероприятию, во время которой одна половина города превращается в стройплощадку, а вторая замирает в пробках. Во-вторых, само мероприятие, на которое приезжает множество людей – участников, гостей и туристов. В-третьих, то, что остается городу: новые стадионы, дороги, станции метро, парки. Ну и, наконец, шанс города показать себя миллионам телезрителей всего мира, вызвать новые ассоциации и эмоции, изменить свой имидж в глазах телезрителей, туристов и участников.

То, что происходит на этапе подготовки и во время самого мероприятия, отнесем к краткосрочным эффектам. За пару лет до мегасобытия в городе появится много рабочих мест для строителей, а за две недели соревнований туристы оплатят множество счетов в гостиницах и ресторанах. Но праздник кончится, работу строителям будет найти трудно, а денег, оставленных туристами, надолго не хватит.

Итог простой: сиюминутные выгоды от любых мегасобытий призрачны, что бы там ни говорили излучающие оптимизм члены оргкомитетов. Спросите любого финансиста, он вам объяснит, что период амортизации объектов капитального строительства обычно составляет десятки лет, а не две-три недели. То есть стадион, дорога или медиацентр не могут окупиться за одно мероприятие. Такие объекты по сути своей предполагают долгосрочное использование, поэтому необходимо планировать, что именно они будут делать в городе после того, как праздник закончится.

Физические перемены – самое очевидное и значимое с точки зрения экономики наследие мегасобытий. Под современные олимпиады, мировые первенства и всемирные выставки строят много и с размахом. Отчасти дело в масштабе самих мероприятий. Но важно и то, что в отличие от большинства строительных проектов у этих строек есть четкие сроки: день церемонии открытия известен за несколько лет.

На кону национальный престиж, с этим не шутят. Приходится напрягать все силы, чтобы не допустить долгостроя. Строят быстро и много, и теоретически новые постройки и инфраструктурные объекты могут внести большой вклад в городскую экономику. Есть, правда, одно большое «но». Все это станет былью, только если всем построенным будут активно пользоваться в «мирной» жизни. Увы, так бывает не всегда, недаром инициаторов сколь-нибудь масштабных мероприятий пугают «белыми слонами» – так называют сооружения, которые после их звездного часа оказываются никому не нужными.

Спорт

Специально к Олимпиаде-2008 в Китае было введено в эксплуатацию 37 олимпийских объектов (31 – в Пекине и 6 – вне столицы). Китайское правительство также проинвестировало реконструкцию и сооружение 59 тренировочных баз и площадок. Пекинский национальный стадион «Птичье гнездо» стал главной спортивной ареной XXIX летних Олимпийских игр.

Имиджевые эффекты мегасобытий не столь очевидны из-за их нематериальной природы, но не стоит недооценивать их влияния на экономику города. Дело в том, что зрители у телеэкранов – это потенциальные туристы, деловые партнеры, инвесторы. Город, по сути, может воспользоваться мегасобытием как рупором, через который он расскажет о себе миру, выбирая разные ракурсы и говоря по-разному с каждой целевой аудиторией: с туристами, инвесторами и предпринимателями. Все это потенциальные источники новой экономической деятельности.

Но и в этой бочке меда есть своя ложка дегтя. Сколько ни труби на весь мир об успехах, информацию о недочетах и происшествиях не скрыть – она разойдется мгновенно. Теоретически любое мегасобытие может стать мощным стимулом для городских преобразований и городского развития – или обернуться разбитыми надеждами: выброшенными на ветер деньгами, жуткими шрамами в виде никому не нужных стадионов или подпорченной репутацией.

После Барселоны мегасобытия даже стали ключевой частью стратегии экономического развития некоторых городов. Наступил золотой века мегасобытий. Но эта мода во многом отражала глобальные экономические процессы.

Спорт

После Олимпиады 1992 года Барселона традиционно ставится в пример всем столицам крупных спортивных соревнований. Действительно, барселонский олимпийский проект во многом уникален. Четыре района комплексно перестроили, из прибрежной зоны убрали железную дорогу и соединили ее с центром. Реконструкции подвергся грузовой порт. Протяженность автомагистралей увеличилась на 70 процентов. Темпы строительства жилья выросли в два раза. Вдвое возросло количество туристов. Произведенные Барселоной огромные капиталовложения в инфраструктуру были компенсированы экономическим ростом и развитием города в течение последующих десятков лет. Статус города изменился: сейчас Барселона – главное место проведения деловых конгрессов.

Во-первых, благодаря долгим годам относительно стабильного экономического роста и технологического прогресса у людей появилось больше свободного времени и денег, а значит, для них важно стало, как и на что тратить и то и другое. Изменилось в целом восприятие города. Раньше города можно было определить по тому, что они производят, или по функции, которую они выполняют: промышленные города, информационные, рыночные, управленческие. Сейчас появилась еще одна модель роста – улучшение потребительских качеств города. Чтобы стать городом потребления, надо инвестировать в крупные проекты преобразования публичных пространств, строить большие торговые центры, создавать улицы сплошных ресторанов. Развитие экономики потребления оказалось панацеей.

Но при чем здесь мегасобытия? По сути, все они – праздники потребления, а подготовка к масштабным мероприятиям – развитие потребительской инфраструктуры. Другими словами, мегасобытие и сопутствующее ему развитие потребительского сектора можно рассматривать как шоковую терапию для пребывающего в упадке города. Именно поэтому идущие на дно индустриальные города, поверив в потребление как в спасительную силу, видели в мегасобытиях возможность кардинально изменить свою судьбу.

Барселона-1992, Сидней-2000 и Пекин-2008 – три Олимпиады, каждая из которых в свое время была признана лучшей в истории. Каждая установила новые стандарты проведения Игр. Барселона поразила удобством и гармонично встроенными в городскую среду аренами. Сидней стал первой Олимпиадой, на которой большая часть соревнований проходила в одном парке. Пекин и вовсе предложил миру новый уровень грандиозности во всем – от архитектуры стадионов до размаха церемоний открытия и закрытия.

Но из этих трех городов только Барселоне удалось воспользоваться Играми как инструментом преображения города. А Пекин и Сидней – доказательство того, что успех самого события вовсе не гарантирует, что город от него выиграет.

Чего же добилась Барселона, готовясь к Олимпиаде? Реорганизовала свою транспортную систему, преобразила общественные пространства, перенесла железную дорогу, построила новую набережную, знаменитый Олимпийский порт и новый район города. Для своего времени Игры в Барселоне были беспрецедентно дорогими. Но на стадионы выделили совсем небольшую часть бюджета – лишь 13% инвестиций, а, например, в Сиднее – более 40%.

Соотношение затрат на строительство спортивных объектов и общей стоимости олимпийской стройки – наглядный показатель целей и задач, которые ставят перед собой организаторы Игр. Если значительная доля бюджета идет на спортивные сооружения, значит, главное – сама Олимпиада, и городу от нее достанется мало полезного. Если же – на инфраструктуру и другие неспортивные объекты, то есть шанс, что город действительно преобразится.