Секция «АРХИТЕКТУРА ВПЕЧАТЛЕНИЙ: СОЕДИНЯЯ ДВЕ СТОЛИЦЫ». АРХ МОСКВА 2026
С 27 по 30 мая 2026 года столица России, Москва, стала центром архитектурных и дизайнерских идей, проведя XXXI Международный форум-выставку «АРХ МОСКВА 2026». Этот значимый ежегодный слет собирает ведущих специалистов отрасли, новаторов, застройщиков и всех, кто заинтересован в формировании современного городского пространства.
«АРХ МОСКВА 2026» выступила площадкой для презентации новейших направлений в архитектуре, дизайне интерьеров, ландшафтном дизайне и строительных технологиях. На выставке представлен широкий спектр решений: от новаторских проектов и урбанистических инноваций до эксклюзивных материалов и передового оборудования. Деловая программа форума включает конференции, круглые столы, мастер-классы и презентации, посвященные актуальным вопросам развития отрасли, устойчивости, цифровизации и созданию комфортной городской среды.
29 мая 2026 года в Гостином дворе, в лектории «Глоссарий», в рамках форума состоялась секция «АРХИТЕКТУРА ВПЕЧАТЛЕНИЙ: СОЕДИНЯЯ ДВЕ СТОЛИЦЫ». Организатором выступил Фонд «Московский центр урбанистики «Город».
На секции обсуждалось, что город – это не только место для жизни и работы, но и источник разнообразных впечатлений, формируемых парками, общественными пространствами и городскими событиями. Эксперты из Москвы и Санкт-Петербурга исследовали различия в формировании «архитектуры впечатлений» двух столиц, а также влияние ритма города на стилистику зеленых зон, жилых комплексов и общественных пространств.
Приветствуя участников и гостей секции, модератор Алексей Расходчиков, председатель Московского центра урбанистики «Город», подчеркнул важность архитектуры впечатлений для Москвы и Санкт-Петербурга, как главных туристических центров страны и акцентировал внимание, что в дискуссии будет затронута тема контрастных подходов к градостроительству в Москве и Санкт-Петербурге: симметричный, гиподамовый Петербург противопоставляется хаотично, но закономерно формирующейся «круговой» Москве. Отмечено, что несмотря на различия, обе столицы имеют и много общего.
Первой слово было предоставлено представителю Петербурга, Анне Робаченко, директору по развитию бизнеса SMarketector, член Союза архитекторов, которая в своем выступлении подчеркнула, что ее компания, будучи петербургским бюро с офисом в Санкт-Петербурге и представительством в Москве, активно работает более чем в двадцати пяти регионах России. Это дает им глубокое понимание ситуации в различных городах страны. В ходе сессии Анна поделилась личными наблюдениями. Ежегодные экскурсии команды бюро по разным городам, включая Москву, позволили заметить существенные различия в подходах к обустройству набережных. Особое внимание было уделено московским набережным, которые, по ее мнению, всегда были живыми и активными, несмотря на то, что столетия назад их «одели в камень». Ранее они выполняли транспортные и строительные функции, а также были местом для спорта и отдыха. При этом, они отличались хорошей транспортной доступностью и позволяли комфортно перемещаться между различными точками города. В текущем году, по словам Анны, набережные Москвы переполнены людьми, что свидетельствует о их популярности.
В то же время, спикер отметила, что московским набережным, особенно в центре, не хватает природной составляющей. Утрачены практики советского периода, когда Моспроект 3 использовал трехступенчатый подход к благоустройству, включая высадку кустарников для защиты от шума и пыли. Это привело к увеличению звукового загрязнения и потере связи с природной средой, что особенно заметно на примере Кремлевской набережной.
Что касается набережных Санкт-Петербурга, Анна считает, что они создавались с пониманием роли каналов. Однако, по сравнению с московскими, они выглядят менее «жизненными». Петербургские набережные, представляя скорее речной фасад города, ориентированы на его презентацию, а не на повседневные прогулки горожан. Они часто длинные, труднодоступные, не связаны с транспортной инфраструктурой и, в большинстве своем, некомфортны для пешеходов из-за близости к автомобильным дорогам, городского шума и пыли. Несмотря на свою архитектурную привлекательность, они рассчитаны больше на показ, чем на использование. Климатические условия также играют роль, делая зимние прогулки в Петербурге по набережным менее приятными, чем в Москве.
В своем выступлении Робаченко Анна выделила ряд ключевых моментов, касающихся городской инфраструктуры и использования водных путей. Особое внимание она уделила навигации и общей инфраструктуре, отметив, что Санкт-Петербург в этом плане превосходит Москву. В Северной столице ожидается активный навигационный период, когда реки и каналы становятся доступными для малых частных судов, которые могут использоваться как такси или для туристических маршрутов.
Санкт-Петербург, по ее словам, особенно привлекателен с воды благодаря обширной сети каналов, что активно используется. Инфраструктура для швартовки в городе также хорошо развита. С точки зрения городской эстетики, водные виды Петербурга, как отмечают туристы, более живописны по сравнению с московскими.
В Москве навигация также открыта, и получение разрешений на частный транспорт не является проблемой. Однако, Анна Робаченко заметила, что с 20-х годов наблюдается тенденция к сокращению числа частных маломерных судов, в то время как в течение предыдущего десятилетия частное судоходство активно развивалось. Текущая ситуация, по ее мнению, связана с определенными факторами, влияющими на судоходство, что приводит к меньшему количеству судов. В центр города стало сложнее попасть на личных судах, поэтому преобладают туристические суда. Транспортная инфраструктура, связанная с доставкой, практически исчезла: речные и южные вокзалы были демонтированы, хотя ранее они служили для разгрузки строительных материалов. Главный архитектор города также отмечал неполное использование значительного водного потенциала Москвы.
В области спортивной инфраструктуры Санкт-Петербург вновь демонстрирует превосходство. Фестивали, проводимые в Москве, носят эпизодический характер, в то время как в Петербурге наблюдается постоянное использование сапбордов в любое время года, вплоть до зимнего периода. В развлекательном формате Петербург также опережает Москву. При этом, спикер напомнила, что в 1960-х годах в Москве на этом же месте активно развивался водный спорт, включая занятия байдарками и тренировки для олимпийских команд. Несмотря на это, спортивная инфраструктура и спортивная атмосфера на московских набережных существуют и активно используются. Бюро Анны Робаченко также ведет работу с набережными, разрабатывая стратегии их взаимодействия с природой и водой, делая их более привлекательными для жизни.
После своего выступления спикер получила вопрос о том, как в подобных проектах, подобных тому, что она показала, возможно гармонично сочетать стремление к максимальной экономии в строительстве с необходимостью сохранения общественных пространств для людей, особенно учитывая высокую ценность прибрежных зон в Москве и Санкт-Петербурге.
Анна пояснила, что набережные, например, как в их проекте » Foriver», принадлежат городу, а не жилому кварталу, поэтому их застройка невозможна. Однако, был уточнен вопрос: можно ли развивать территории, прилегающие к набережным, например, застраивая их многоэтажными домами в виде сплошной стены.
В ответ Анна вновь обратила внимание на проект «Foriver», реализованный ими. Она подчеркнула, что при проектировании они стремились отодвинуть более массивные жилые объекты на второй план, создавая таким образом более просторную и открытую набережную. Она также отметила, что их задача состояла в том, чтобы максимально приблизить набережную к воде. В Москве, как она заметила, вода в реке редко поднимается, и даже зимой, несмотря на замерзание, не используется для передвижения.
Спикер выразила надежду, что набережная, над которой они работают, скоро откроется, хотя это затягивается. Она заявила, что их текущая задача – привносить больше природы на все набережные, независимо от города, поскольку именно природа является местом для ментального отдыха человека в мегаполисе. Парк, по ее мнению, это не развлекательная зона, а место для спокойствия, единения с природой, свежего воздуха и восстановления душевного равновесия. К сожалению, не все городские власти разделяют это понимание.
В заключение, работая в обеих столицах, Робаченко Анна отметила, что в Санкт-Петербурге наблюдается более выраженный запрос на комфорт и низкоэтажную застройку (3-7 этажей), тогда как в Москве, по ее наблюдениям, таких проектов становится меньше, а город растет преимущественно ввысь.
До начала выступления прозвучал вопрос о современном состоянии дел в Москве, где уже недостаточно просто удивить благоустройством или красотой архитектуры. Сейчас акцент сместился на проектирование образа жизни и доступных сценариев для человека.
Ленария Хасиятуллина, коммерческий директор «Неометрия», в своем докладе отметила, что на открывающей сессии с ключевым вопросом об «архитектуре взаимодействия» также коснулись темы благоустройства. Она процитировала одного из спикеров, которая высказала мнение, что сама по себе привлекательная среда и хорошее благоустройство не смогут удержать жителей в городе. Помимо этого, критически важны экономическое развитие, возможности для заработка, а также образование и обучение.
Это вспомнилось в связи с тем, что текущий уровень благоустройства в Москве настолько высок, что речь идет уже не столько о нем самом, сколько о сценариях жизни. Особенно это заметно в сегментах бизнес- и премиум-класса. В «Неометрии» сейчас ведется работа над таким проектом, который готовится к старту продаж.
Детали проекта будут раскрыты в следующем месяце, но уже сейчас известно, что особое внимание уделяется благоустройству в партнерстве с бюро A4. Для данного класса жилья благоустройство и проработанные сценарии жизни становятся одной из ключевых ценностей, повышающей в том числе и рыночную стоимость объекта.
Примером успешной интеграции локации и концепции служит объект на проспекте Вернадского. Научная среда и высокий запрос на качественное благоустройство были тонко прочувствованы. Результатом стало создание не просто придомовой территории, а пространства, предлагающего разнообразные сценарии жизни, становящиеся неотъемлемой частью жилья. Покупатель приобретает не просто квартиру, а весь комплекс возможностей, предоставляемых жилым комплексом.
Это пространство глобально разделено на три зоны: «Mind Lab» для концентрации и отдыха, «Body Lab» для физической активности и энергии, и «Social Lab» для общения и встреч. Такой подход к сценарности отражает высокий ритм жизни в Москве, позволяя человеку не только поддерживать его, но и находить возможности для восстановления и замедления.
Затрагивался вопрос о том, как справляется Москва с проблемой «одиночества в толпе», учитывая ее бешеный ритм жизни, контрастирующий с более размеренным Петербургом. Высокий темп жизни и обилие контактов приводят к физическому переутомлению, поэтому жилье становится убежищем, а качество общественных пространств – очень важным. Возникла дискуссия о возможности застройщиков включать общественные зоны внутри жилых комплексов (ЖК) с учетом экономической целесообразности. Ленария Хасиятуллина подтвердила, что такая практика существует в Москве с 2014-2015 годов, особенно в бизнес- и премиальных объектах. Специальные помещения – фитнес-центры, общественные гостиные, клубы – закладываются в финансовую модель как непродаваемые площади. Это делается в ответ на запрос покупателей, которые приобретают не просто квадратные метры, а целую среду обитания.
Также обсуждалась проблема хаоса в коммерческих пространствах ЖК, где ни застройщик, ни жители не могут повлиять на их наполнение. Приводился пример «Брусники», которая экспериментировала с ограничениями на типы коммерческих помещений, исходя из концепции ЗОЖ. Однако регулировать такое наполнение в Москве, по мнению участников, сложно из-за права собственности. Были представлены варианты управления коммерческими зонами. Один из них – застройщик оставляет часть помещений себе, сдает их и получает доход, что, хотя и противоречит бизнес-модели «построить и продать», позволяет управлять продуктом. Другой подход – это совместная разработка функциональной программы с партнерами на стадии проектирования, включая закладывание необходимых инженерных решений (например, для ресторанов), что и определяет дальнейшее наполнение. Также застройщики могут сначала привлекать арендаторов, формируя арендный поток, и продавать помещения с уже окупаемостью, но это предполагает продажу после ввода здания в эксплуатацию. Тем не менее, даже эти меры могут быть перечеркнуты собственником, решившим изменить вид деятельности арендатора.
На вопрос о возможности круглогодичного функционирования пространств был получен ответ, подтверждающий актуальность данной темы. Как отметила Ленария Хасиятуллина, компания «Неометрия» активно занимается этим вопросом. В частности, ведется разработка благоустройства территории на Вернадского. Изначально, при составлении технического задания, закладывается требование всесезонности благоустроенных пространств, насколько это осуществимо.
В качестве примера были приведены три функциональные зоны: тишины, садов и активностей. При подборе элементов благоустройства архитектурные решения, такие как каскадное зонирование, и выбор озеленения играют ключевую роль. Предпочтение отдается растениям, адаптированным для климата Москвы и сохраняющим декоративность зимой, например, хвойным, чтобы избежать ощущения «голого двора».
Компания подчеркивает, что все эти аспекты продумываются на этапе планирования. Даже маршруты движения проектируются с учетом сезонности. Летом они выполняют одну функцию, а зимой предоставляют возможности для игр со снегом, установки новогодней елки, а также включают зоны для обогрева, например, с использованием огня. Таким образом, продумывается все – от озеленения до функционального наполнения.
Была отмечена тенденция что, многие не уделяют должного внимания всесезонности. Даже при создании визуализаций (рендеров), заказчики зачастую фокусируются лишь на летнем облике. Чтобы продемонстрировать зимний вариант, пришлось специально запрашивать рендеры, отображающие, как территория будет выглядеть зимой, как будут убираться снег, где будет располагаться елка и как будут организованы комфортные прогулочные зоны.
Елена Петровская, профессор кафедры градостроительства МАрхИ, поделилась результатами своего тринадцатилетнего исследования городской среды, проводимого совместно с магистрами по уникальной авторской методике. Основной вопрос, который ставила перед собой автор, заключался в том, почему, несмотря на следование зарубежным принципам и подходам, российская застройка, даже проводимая успешными девелоперами, зачастую получается «немножечко, как обычно».
Спикер акцентировала внимание на том, что восприятие городской среды, особенно на примере финского и скандинавского опыта, выявляет ключевое различие: при одинаковой плотности застройки возможна принципиально разная форма, которая, в свою очередь, определяет содержание. Таким образом, для достижения желаемого содержания необходимо понять принципы формирования соответствующей формы. В качестве иллюстрации были представлены два фрагмента — европейская и российская «нарезка» — демонстрирующие «богатую» (многосценарную, разнообразную по пространствам) и «бедную» (однофункциональную) среду.
Елена Петровская подчеркнула важность регламентации в европейской практике, где для каждого фрагмента застройки разрабатывается индивидуальный свод правил формообразования, обеспечивающий адекватную реакцию формы на запросы. Изучив более двадцати примеров зарубежной практики, Петровская выделила несколько ключевых аспектов: от плотности до «настроения» городской среды.
Центральным выводом стало понимание физиологически правильного городского пространства и формообразования, которое базируется на разнообразии, понятной системе ориентиров, привязанных к ним сценариям, пешеходной доступности и способности города «рассказывать» о себе через параметры. Авторский подход к исследованию городской среды разделяется на три уровня характеристик: формальный код, модальный код (сценарии и впечатления) и социальный/утилитарный код (функциональные сценарии).
Изучение зарубежного опыта предполагает анализ формы на трех уровнях: район (пятнадцатиминутный город), форматип (квартал как социопространственная единица) и ячейка, обеспечивающая корректное формирование. За 13 лет исследований автором было выделено около 18 видов улиц, 30 видов ячеек и 30 видов общественных пространств. Особо отмечается, что линейно-центричные объекты привязаны к определенным фрагментам городской среды, и категорически недопустимо смешивать местный, локальный и общегородской уровни, поскольку они требуют различных способов считывания пространства и функционального наполнения.
Практика исследования, возможно, ведущая к автоматизации формообразования, представлена на примере Стокгольма и Мальмё. Важным наблюдением стало то, что скандинавская среда втрое плотнее российской при меньшей этажности зданий, что вызывает вопрос о причинах такой разницы. Анализ принципов формообразования показал, что даже автобусные остановки в скандинавских городах располагаются с учетом снижения шумовой нагрузки.
Исследование фокусировалось на новых, комплексно сформированных фрагментах, часто на постпромышленных территориях. Привязка сценарных точек к пространству демонстрирует локализацию элементов: сетевые объекты тяготеют к активным улицам, а более индивидуальные — к пешеходным зонам.
Главный вывод доклада: общественное пространство и его сценарии напрямую зависят от положения в сети и формы, которая на них реагирует. Первоочередной задачей является конструирование сети с узлами, определяя их уровень значимости, поскольку, например, парк у центральной площади и в отдаленном дворе — это кардинально разные объекты. Типология объектов и их разнообразие также играют ключевую роль.
Процесс исследования формы и расположения потоков, особенно для локальных объектов, создает центры сообщества, где сценарии прописаны не только по сезонам, но и по дням недели и времени суток, обеспечивая универсальность и разнообразие в четко определенных рамках.
Перед выступлением прозвучал вопрос, касающийся будущего городов, который был задан социологами, а не архитекторами. Философский по своей сути, он ставил под сомнение само существование городов в перспективе. В ответ на это, Алексей Валентинович Крашенинников, градостроитель, доктор архитектуры и член-корреспондент Российской академии архитектурных и строительных наук, в своём выступлении, поблагодарив за приглашение, отметил, что полностью поддерживает свою коллегу Елену Петровсую. Он подчеркнул, что студенты проявляют большой интерес к исследованиям в этой области, и концепции, которые они разрабатывают, стоят на пороге активного использования искусственного интеллекта.
В контексте будущего Алексей Валентинович заметил, что «мы находимся в бурном потоке перемен», где главные локомотивы прогресса — большие города, центры высокой производительности труда и социальной концентрации, могут перестать быть таковыми. С исторической точки зрения, парадигмы меняются. В настоящее время исследуются перспективы деконцентрации населения, зачастую называемой дезурбанизацией. Однако, более точным представляется термин «дисперсная урбанизация», поскольку речь идет не о массовом возвращении к сельскому хозяйству, а о новой волне расселения, где современные транспортные и коммуникационные технологии позволяют людям сохранять связь с общим социумом, проживая вне мегаполисов.
Эта идея вызывает значительный интерес, напоминая эксперименты начала XX века, подобные концепции «города-сада» в Англии. Тогда предполагалось жить в пригородах, вдали от городской суеты, но при этом иметь доступ к культурной жизни. Такие проекты процветали до тех пор, пока оставались сферой самоорганизации. Как только в дело вмешивались формальные муниципальные службы, особенно после войны, инициатива затухала. Таким образом, успешность подобных начинаний напрямую зависит от способности к самоорганизации.
Опыт создания экопоселений показывает, что самой сложной задачей является именно организация. Исключение составляют лишь идеологически сплоченные общины. Однако, такие места не привлекают молодежь. Более того, этот опыт является лишь «предисловием» к реальному вопросу о городах и их благоустройстве.
Интересен тот факт, считает Алексей Валентинович Крашенинников, что в то время как формированиe городских пространств в крупных городах хорошо изучено, их организация в малых городах, тесно связанных с природой, претерпевает трансформацию. Наблюдаются схожие социологические процессы. В центре внимания оказываются территории общего пользования, пешеходные и публичные пространства. Применяя принципы, предложенные Яном Гейлом, такие как разнообразие активностей и мобильности, исследователи сталкиваются с проблемой низкой концентрации населения в малых городах, в отличие от средневековых или современных европейских аналогов, где высокая плотность способствует социальной активности, например, в кафе. Задача состоит в том, как обеспечить социальную жизнь в условиях малой численности населения, что является актуальным направлением для исследований на стыке социологии, градостроительства и архитектуры.
Алексей Афонечкин, сооснователь бюро А4, в своем выступлении подчеркнул, что Москва демонстрирует отличные успехи в обеспечении горожан качественным дизайном. Город постоянно удивляет и впечатляет, создавая новые пространства. Коллеги и озвученные тезисы подтолкнули его к мысли о социальной миссии специалистов, занимающихся архитектурой и городским планированием.
Он отметил, что в рамках сессии участвуют коллеги из «Неометрии», исследователи, градостроители и архитекторы, которые совместно работают над созданием новой среды. В отличие от обсужденных сценариев и привлечения людей к публичным пространствам, Афонечкин акцентировал внимание на «бесшовности среды» — не в плане мобильности, а в контексте дизайн-кода, сценарности, программируемости и сложности пространства.
Проектируя жилой комплекс на проспекте Вернадского, они стремились к этой «бесшовности». Усложняющаяся жизнь и растущие запросы пользователей требуют, чтобы архитектура, благоустройство и ландшафт отвечали этим новым потребностям. В этом многоуровневом проекте, охватывающем разные классы жилья и ландшафта (от первого уровня до стелобата и третьего этажа), важно было создать среду, где каждый — ребенок, подросток или человек старшего возраста — мог бы найти свой сценарий.
С учетом расположения комплекса в научном районе, пространство было спроектировано как система лабораторий. Предварявшее проектирование исследование, проведенное совместно с социологами, позволило выявить и удовлетворить потребности будущих пользователей, создав зоны для тихого отдыха, игровую зону, рабочие пространства и коворкинги на открытом воздухе с устойчивым к климату ассортиментом растений.
В контексте социальной миссии девелоперов и архитекторов, формируются проекты будущего, задающие новые тренды. В рамках благоустройства будет создана детская площадка, напечатанная на 3D-принтере, что призвано погрузить детей в мир новых технологий и исследовательского образа жизни.
На это последовал вопрос от Алексея Расходчикова, о важности участия жителей в создании зеленых зон, по примеру французских вертикальных оранжерей. Алексей Афонечкин подтвердил наличие таких проектов, назвав их «соучаствующим проектированием». Он упомянул проекты с соседскими огородами, востребованные в Москве, в том числе на стелобатах, где организуется активность с участием детей и взрослых, с высадкой таких растений, как мята и чабрец. Важно, чтобы девелоперы обеспечивали эксплуатацию этих зон, предотвращая их запустение.
Также был приведен пример проектирования Костодемьяновской набережной в Москве, где пришлось активно взаимодействовать с жителями. Совместно с ними были созданы характерные ширмы, увитые диким виноградом, что способствовало вовлечению людей в благоустройство и повышению чувства сопричастности.
Генеральный директор BestTrip, Анисия Якушева, в своем докладе затронула тему туризма, поблагодарив организаторов за приглашение и выразив удовольствие от выступления. Она представилась как эксперт по туризму, уроженка Санкт-Петербурга, прожившая там большую часть жизни и недавно переехавшая в Москву. Это позволило ей провести сравнение двух мегаполисов.
Спикер подчеркнула уникальность исторического центра Санкт-Петербурга, где каждое здание на Невском проспекте и прилегающих улицах обладает неповторимым фасадом, изысканными деталями, барельефами и балконами. Она отметила, что такое архитектурное наследие, открытое для обозрения, формирует особое восприятие города у его жителей и привлекает туристов. Именно это, по ее мнению, стало причиной большей популярности Санкт-Петербурга среди иностранных гостей по сравнению с Москвой, несмотря на наличие знаменитых музеев. Туристы приезжают за впечатлениями от уникальной архитектуры, сравнимой, по ее словам, с Венецией и Парижем.
Исходя из этого, туристические маршруты по Санкт-Петербургу строятся в основном как пешеходные, так как центр города не приспособлен для автобусного передвижения. В противовес этому, московская туристическая концепция иная. Спикер привела в пример фестиваль цветов: если в Петербурге он проходит на одной площадке (например, в Летнем саду или Петропавловской крепости), то в Москве подобные мероприятия охватывают обширные территории, от Тверской до Новой Москвы.
Она отметила, что Москва привлекает туристов своим величием и масштабом, но перемещение по городу требует использования транспорта из-за больших расстояний между объектами. Несмотря на это, Москва также обладает богатым культурным наследием. Якушева упомянула, что иностранные туристы часто просят включить в программу ВДНХ и Парк Горького, которые, по ее наблюдению, являются популярными местами и среди москвичей, особенно как пространства для отдыха и культурного досуга.
В заключение, она подчеркнула, что оба города обладают своими уникальными особенностями. Санкт-Петербург компактен и богат уникальной архитектурой в центре, тогда как Москва предлагает обширные пространства и разнообразие локаций. Главной задачей, по ее мнению, является ориентация на жителя и туриста, создание привлекательной и красивой городской среды, а также обеспечение интереса молодого поколения к архитектурному наследию.
В заключительном слове Модератор секции Алексей Расходчиков провел параллель между Москвой и Санкт-Петербургом, указав, что в Москве есть район Лефортово, являющийся первой попыткой Петра I создать современную архитектуру мировогго уровня. Поэтому Лефортово и Басманный так напоминают Петербург, а в Санкт-Петербурге существуют районы с характерной московской застройкой, такими как сталинские высотки и широкие проспекты. Он также выразил уверенность, что в ближайшие годы столицы станут еще ближе благодаря быстрому развитию проекта высокоскоростной магистрали (ВСМ) Москва — Санкт-Петербург. Ожидается, что время в пути между двумя городами сократится до двух с половиной часов, что, несомненно, приведет к еще большей интеграции. Модератор секции предположил, что эксперты из разных городов продолжат сотрудничество и встретятся на будущих мероприятиях Московского центра урбанистики.
В завершение Расходчиков Алексей поблагодарил всех спикеров за интересную дискуссию и пригласил всех желающих посетить следующие мероприятия выставки.
