Алексей Расходчиков. Круглый стол «От реновации жилья к стратегии городского развития». «denkmal Россия-Москва».09 ноября 2021

Алексей Расходчиков, председатель Фонда «Московский центр урбанистики «Город»

Хочу сказать, что программа реновации, наверное, не самая масштабная программа из строительных программ правительства Москвы. Метро, конечно, более масштабно по финансированию и по размаху. Но реновация, наверное, самая важная программа для будущего Москвы. Почему? Мы  часто говорим о том, как стало хорошо и лучше в столице. Это действительно так: появились новые станции метро, дороги, идет серьезное благоустройство Москвы и происходит очень много хорошего. Но, не стоит забывать и о тех негативных процессах, которые идут в любом мегаполисе, и Москва не исключение. Я про постепенное увядание и деградацию старых заводских и спальных районов, которые были построены в 60-80 годах прошлого века. Они же никуда не делись, остались. Но они возводились в совершенно другой экономической модели. И сегодня, в рыночной экономике, они нежизнеспособны. Программу реновации в самом начале запуска активно критиковали, было очень много возражений даже среди экспертного сообщества, включая архитектурное. А мы, исходя из того, что, другой альтернативы нет, всегда ее поддерживали. Город рисковал со временем получить полноценные гетто, особенно на юге и юго-востоке за пределами 3-го транспортного кольца — там ничего хорошего уже давно не происходит. За счет программы реновации эти территории и районы получат новую жизнь, новые возможности развития. Дело в том, что плохое и старое жилье — это не единственная проблема таких районов. Мы уже лет девять системно исследуем Москву, очень многие столичные районы. И мы видим, что во многих районах десятилетиями копились проблемы, которые не дают территориям развиваться, не дают там полноценно жить людям. На примере тринадцати районов реновации виден запрос жителей на инфраструктурные объекты. Во многих районах Москвы не хватает очень многих, действительно важных, объектов инфраструктуры. Это касается и больниц, и поликлиник, и остановок. Головная боль большинства районов – отсутствие парковочных мест, засилье машин во дворах. Важно предлагать проекты комплексного развития, это касается не только жилья, районы должны развиваться целиком. Хочу обратить внимание на трудоустройство. Расскажу на примере «Царицыно», но во многих районах ситуация аналогичная. Порядка 60% населения спальных районов Москвы работает за пределами места проживания, они вынуждены ежедневно ездить на работу в другой район. При такой пропорции не стоит и заводить речь про «15-минутный город», это очень далеко от этой концепции. Это одна из главных проблем, и она тяжело решаемая. Но она очень ярко влияет на жизнь людей. Мы спрашивали: «Хочет ли человек работать у себя в районе, если будет такая возможность?». Порядка 50% хотят. Маятниковая миграция — это не то, что человек выбрал сам, это то, что он вынужден выбирать.

К сожалению, мы продолжаем сталкиваться с инерцией, когда некоторые проектировщики оперируют в расчетах только плотностью населения, считая метрами и высотой. На самом деле, если посмотреть доступные сегодня данные тех же сотовых операторов и другие данные, мы видим, что любой район состоит не только из жителей. В некоторых районах число приезжающих туда — тех, кто там работает, но не живет, тех, кто посещает кафе, рестораны, кинотеатры, парки, — это число значительно превышает число жителей. И это совершенно другой расчет экономики! Это совершенно другие показатели, которые мы сегодня, слава Богу, можем рассчитывать на основе больших данных. Хотел обратить внимание, если говорить о районах Москвы, их привычно воспринимают, как некие административные единицы. На деле по численности и масштабам многие районы Москвы – это полноценный город, размером со средний город России. Наверное, нужно уже приходить к тому, что должна быть стратегия развития районов, входящих в них кластеров, связанных между собой районов. Приведу в пример расчеты, которые мы делали с коллегами из МАРХИ и Еленой Петровской по двум районам – «Лефортово» и «Басманный». Почему по двум? Потому, что невозможно сделать по одному «Басманному» району, они настолько плотно связаны между собой, что сложно отделить один от другого. Когда мы видим, что район распадается на кластеры в виду присутствия институтов, производств, каких-то важных объектов в этом районе, которые могут развиваться совершенно по разным траекториям.

Обратите внимание, на историческое наследие. Это перекликается с темой форума, на котором мы сегодня присутствуем. В этом районе огромный пласт исторического наследия: здания, места, которые связаны с историческими личностями. Это потрясающий потенциал для возможностей развития района, его туристического и экскурсионного потенциала, других вариантов. Случается, что некоторые часто применяемые стратегии развития или перезапуска территорий, в данных районах не пользуются популярностью: жители не хотят, чтобы тот квартал, где они живут, становился классическим спальным, офисным, торгово-развлекательным. Это говорит о том, что при попытках построить любые такие объекты, можно столкнуться с резким сопротивлением населения. При этом жители не против соседства с университетами. Если есть возможность выбора, люди выбирают прогулочно-пешеходный формат обустройства. Симпатии и антипатии жителей надо учитывать, нужно понимание, что «если мы пойдем в этом направлении, мы получим поддержку населения, если – в каком-то другом, то можем получить совершенно обратную реакцию».

Район, что мы исследовали, уникальный, там более десяти ВУЗов. Они небольшие, но их там много сконцентрировано. Повторюсь, что университетско-студенческий профиль района жители воспринимают позитивно. Для нас сейчас очевидно, что районы должны быть максимально многофункциональны. Речь даже не про КРТ, под которым сейчас все что угодно подразумевается. Это уже нарицательный термин. А именно по-настоящему многофункциональным, сочетающим в себе все функции: и жилья, и ритейла, возможности работать и отдыхать в этом районе, культурную составляющую района. Но чтобы наши территории начали развиваться в эту сторону, во-первых, нужно больше взаимодействовать с населением. У нас часто говорится о практике участия населения в разработке программ, но пока это не воспринимается, как обязательное явление. Европейский опыт показывает, что качественное развитие маленького района или города без участия населения попросту невозможно. Построить дорогу можно, метро прокопать можно, любой масштабный инфраструктурный проект можно сделать. Но заставить район жить, развиваться, без участия самих жителей, невозможно. Это пока не очень доступные для нас технологии, но, я думаю, в Москве их все же придется осваивать уже в ближайшее время.

И еще важная тема – это взаимодействие с сообществами, большее включение университетов, институтов. Их в Москве очень много. Нам кажется очень интересным направление по развитию взаимодействия университетов, студентов с жителями, для выработки программ развития, новых интересных проектов. Это то, над чем мы сейчас работаем вместе с коллегами из РУДН, других университетов. Надеюсь, что в ближайшее время получим позитивный опыт такого сотрудничества. Я банальную вещь скажу: все понимают, что углеродная экономика заканчивается, она завершится в ближайшие годы.  Мы идем к экономике знания. Если не переосмыслить роль университетов, технопарков, инновационных центров в городах, то никакой экономики знаний не будет. Никакой Иннополис, никакое Сколково не способны создавать такой продукт в отрыве от городских территорий, нам так кажется.