01 августа 2021

Сергей Васильевич Устинкин. Международная научно-практическая конференция «Культура и коммуникации: новые ресурсы развития городов»

МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «КУЛЬТУРА И КОММУНИКАЦИИ: НОВЫЕ РЕСУРСЫ РАЗВИТИЯ ГОРОДОВ»

Доктор исторических наук, профессор, Директор Приволжского филиала ФНИСЦ РАН, начальник Международной междисциплинарной научно-исследовательской лаборатории НГЛУ «Изучение мировых и региональных социально-политических процессов», научный руководитель Высшей школы международных отношений и мировых политических процессов Сергей Васильевич Устинкин  (Нижний Новгород, Россия)

В современной России из 1117 городов около 800 являются малыми, насчитывающими менее 50 тысяч человек. Если к ним прибавить 2000 поселков городского типа, большинство из которых мало чем отличаются от малых городов, то окажется, что в поселениях этого типа сосредоточена треть населения страны. Это достаточно много. И каждый город является уникальным образованием в силу исторического генезиса и расположения, экономического профиля, роли в административно-территориальной организации, природно-климатических условий и ландшафта, архитектурно-градостроительного облика, транспортно-логистических связей, особенностей ментальности городских сообществ. Рассматривая эту уникальную сообщность в призме типологического моделирования, в основу которого положен социо-пространственный подход, сотрудники нашей лаборатории изучения мировых и региональных социально-политических процессов совместно с учеными Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН уже в течении 3-х лет  производят комплексное исследование проблем малых городов, выявляют способы решения этих проблем посредством региональных стратегий и практик, а также определяют перспективы их развития. Каждый год мы выпускаем большую книгу. Какова же динамика миграционных потоков в малых городах России в целом  и в нашей  Нижегородской области?  Социально-экономическое развитие региона во многом определяется составом, структурой и движением населения, от которого, в свою очередь, зависит объем трудовых ресурсов, потребление товаров и услуг. Эффективная корректировка направленности и динамики социально-экономических процессов предполагает адекватное понимание демографической ситуации, позволяющее принимать обоснованное решение по ее изменению. Выступая в 2019 году на форуме развития малых городов и исторических поселений  наш губернатор заявил, что власть должна сделать все, чтобы уезжать из малых городов людям не хотелось. Однако, реальные процессы, протекающие в малых городах, к сожалению, не только нашей области, но и во многих регионах России, свидетельствуют о серьезных проблемах в решении этой задачи. Эксперты давно делают тревожные выводы о направленности, динамике, последствиях миграционных потоков в современной России. По России в целом миграция носит выраженный центростремительный характер. Население стягивается в крупнейшие центры: Москва, Петербург. В пределах каждого региона население стремиться в региональные столицы, представленные крупными городами, концентрирующие многие виды ресурсов. В глубинках, к которым относятся малые и средние города, сельская местность, теряют население. Прежде всего, уезжает молодежь. Наиболее активно мигрируют люди в возрасте от 17 до 19 лет, сразу после  школы. Больше всего молодежи теряют города и муниципальные районы, расположенные на большом удалении от региональных центров. Для таких характерна самая негативная динамика численности населения. Многие эксперты фиксируют закономерность и необратимость этих процессов. С высоких трибун власти часто слышаться заявления о необходимости системной оптимизации управления малыми городами, об управляемой сжатии этой сферы. Констатируется, что население малых городов в большой своей, значительной части не сумело адаптироваться к радикальным либерально-рыночным переменам. И нет перспектив развития, нет экономических стимулов оставаться с малых городах. Во многих городах царит депрессия, нет рабочих мест и возможности получать достойные доходы. В целом делается вывод, что малые города не эффективны с экономической точки зрения, вложения в них себя не оправдывают. Они находятся в сфере кризиса, там закрываются банки, школы, больницы. Все это подстегивает негативные процессы. Существует и другая точка зрения, альтернативная. Мне она ближе к сердцу.  Считаю, что она более соответствует интересам развития России. Сформулировал эту точку зрения, обосновывает ее и развивает занимающийся разработкой доктрины развития малых городов России Институт демографии миграции регионального развития. Он этим занимается с 2018 года, и недавно объявил о начале реализации программы развития малых городов и районов России. Позиция авторов этой доктрины совершенно другая. Есть идея управляемого сжатия, которую часто озвучивает председатель нашей счетной палаты Кудрин. Её суть заключается в том, что надо создать в крупных городах, мегаполисах, агломерациях хорошие условия для жителей, повысить межгородскую и межрегиональную мобильность, выделить специальные финансовые средства для трансформации больших мегаполисов, И это считается одной из шести важнейших реформ, которые надо осуществить в России. Но Институт Демографии считает, что малые города продолжают выполнять важнейшую геостратегическую функцию развития России, несут социо-культурные, социально-политические, оборонные функции в территориальной структуре Российского государства. Для многих регионов Заполярья, Дальнего Востока вообще нет альтернативы для малых городов. Они осуществляют контроль территорий в приграничных районах курируют сельские поселки. Многие связаны с добывающей промышленностью, без которой мы не можем обойтись, с оборонной промышленностью. И научно-производственный профиль мог бы помочь многим городам выйти из того депрессивного состояния, в котором они сейчас находятся. Таким образом, существуют прямо противоположные подходы к тому, как оценивать и как воспринимать  процессы, происходящие в малых городах России. Эти подходы взаимоисключающие, жизнь покажет, какой из них более эффективный и востребованный жизнью. Мы смотрим на местах, как власть действует в плане реализации тех установок, которые дает правительство, которые дает наш президент. Конкретно теперь по Нижегородской области. Численность населения  на 1 января 2019 составляла 3 миллиона  214 с небольшим тысяч человек. За буквально полгода она снизилась до 3 мил 206 тысяч,  т.е. снижение на 0,2%. Это еще доковидная ситуация. Сейчас она стала чуть-чуть хуже, хотя надо сказать, что малые города лучше оказались, как это ни парадоксально, приспособлены к  пандемии и более успешно решают проблемы, связанные с ковидом. В целом по области уровень смертности превышает уровень рождаемости в 1,6 раза. Миграция, которая осуществляется и в нашу Нижегородскую область, как и в другие регионы России, в целом, не решает проблемы убыли населения. За год естественная убыль населения увеличилась на 7%. И в таких пределах она существует из года в год. Кроме того, продолжается миграция из Нижегородской области.  Власть  видит эти проблемы и понимает, что их надо решать. В стратегии социально-экономического развития Нижегородской области до 2035 года среди ключевых проблем, которые ограничивают развитие региона, названы следующие: относительно высокий уровень смертности, высокая демографическая нагрузка, значительная миграция образованного населения из муниципальных районов  в Нижний Новгород, а из Нижнего Новгорода в Москву. Для создания новой демографической политики, позволяющей осуществить переход к естественному росту численности населения, региону предлагается решить следующие задачи: совершенствовать механизм сохранения и привлечения качественного человеческого капитала и развития эффективной миграционной политики. Для этого необходимо развивать эффективные инструменты обеспечения трудовой миграции квалифицированных специалистов, наращивать рынок труда, улучшать трудовые условия, содействовать развитию перспектив карьерного роста в приоритетных для экономики региона направлениях. Содействовать добровольному возвращению квалифицированных кадров из числа соотечественников из-за границы, осуществлять реализацию мер по социальной интеграции мигрантов, развивать образовательную миграцию, посредством формирования передовых, высокоэффективных, образовательных систем. Очевидна обоснованность предполагаемых мер.  Вместе с тем перспективы ее реализации, на наш взгляд, не вполне очевидны. Тем более, что итоги аналогичной программы 2020 года не обнародованы до сих пор, и о ней никто не упоминает. Среди приоритетов пространственного развития Нижегородской области зафиксирована необходимость сбалансированного развития отраслевой специализации территории, территориальная кластеризация производственных мощностей, управляемое развитие Нижегородской агломерацией, выравнивание территориальной дифференциации условий жизнедеятельности центральных и периферийных районов области, развитие транспортно-логистической инфраструктуры. Для решения этих задач администрация области стремится использовать возможности как федерального, так и регионального бюджетов. Кое-что в этом плане сделано и перспективы, в общем-то, позитивные. Так, например, в 2017-18 гг. основными направлениями совместного финансирования на сумму почти 7 миллиардов рублей  стали такие программы, как безопасные и качественные дороги. Доля качественных дорог в области возросла с 45% до 59%. Создается современная образовательная среда для школьников. Было выступление губернатора, где определена программа строительства новых школ, в том числе, и в малых городах. Выделены значительные суммы на эти цели — в 2018 году выделено более 1 миллиарда рублей.  Этот год тоже не является исключением. В 2018 году для повышения доступности медпомощи были приобретены подвижные медицинские комплексы на 65 миллионов рублей, закуплены медицинские конструкции во врачебные лаборатории, фельдшерские и акушерские пункты, всего почти на 12,5 миллионов рублей. Вместе с тем, имеется, как я уже говорил, миграционный отток населения, т.е. все эти меры недостаточны. Уезжают в основном в столичный регион и за пределы страны. Это негативно влияет на демографическую ситуацию, тем  более, что у нас смертность превышает естественную рождаемость. Едут молодые, в репродуктивном и трудоспособном возрасте, с высшим образованием. Правда, кое-кто из экспертов, придерживающихся либеральной ориентации, считает, что это нормально. И в рамках их видения Приволжский федеральный округ и Нижегородская область рассматриваются, как транзитная территория, расположенная на пути устойчивого внутрироссийского западного миграционного дрейфа, направленного в центральный округ. Мол, ничего страшного в этом нет, естественный процесс, закономерный. И мы можем смягчить некоторые его негативные последствия, а в целом остановить не можем. Ситуация в малых городах Нижегородской области существенно различается. Одни действительно стали придатками мегаполисов. Но ведь некоторые города Нижегородской городской агломерации, например, Дзержинск и Кстово, превращаются в туристические центры. И таких городов у нас достаточно много по области. А третья группа городов стремительно маргинализирует. В целом, ситуация в Нижегородской области в малых городах может быть описана следующим образом. Большая часть малых городов занимается самовыживанием, помогают дотации из Федерального и из местного бюджетов, но проблемы решаются с трудом. Все малые города при анализе процессов, которые происходят у нас в области, были разбиты правительством области по двум критериям. Первый критерий разделения – это зонирование. По четырем зонам всех малых городов Нижегородской обл. Зоны объединяются в города со сходной структурой экономики и характеризующейся благоприятными условиями для развития определенных секторов экономики. Первая зона – это лесопромышленная зона. Сюда можно отнести такие города, как Ветлуга, Городец. Вторая зона – это промышленная и научно-образовательная зона. Это Богородск, Ворсма, Лысково, некоторые другие. Третья — инновационная зона, туда, как ни странно, попал только один город нашей области – Первомайск. Далее агропромышленная зона, здесь Сергач, Лукоянов и целый ряд других городов области.

Еще один критерий разделения наших городов, это их расположенность в непосредственной близости от Волги. Река имеет важное значение по целому ряду факторов: и транспортные, и туристические, и другие вопросы.  В результате отбора в фокус исследования, которое мы осуществляли вместе с Федеральным научно-исследовательским социологическим центром, взяли девять малых городов Нижегородской обл.: Балахну, Богородск, Ветлугу, Ворсму, Городец, Заволжье, Лысково, Лукоянов и Сергач. Миграционные потоки во многом определяются уровнем пространственной концентрации населения. Этот показатель в малых городах ниже, чем в среднем по области. Статистика свидетельствует, что в малых городах Нижегородской области наблюдается стабильная убыль населения. Это свойственно для всех малых городов в России, и мы не являемся исключением. Наиболее заметная убыль наблюдается в Сергаче и Лыскове – 180-150%. Меньшие темпы в самых отдаленных от Нижнего Новгорода Ветлуге и Лукоянове, 18% в Ветлуге и даже небольшой прирост в г. Лукоянове. Темпы естественного прироста убыли населения малых городов напрямую не связаны с принадлежностью к той или иной зоне, о которой мы говорили и с близостью к Волге. Большее значение имеют деятельность федеральной и муниципальной власти, финансирование и самоорганизация граждан. По каким еще критериям можно проанализировать миграционные потоки? Анализ структуры миграционных потоков показывает, что на протяжении последних лет региональная миграция достаточно велика, и она растет. В основном из малых городов и сельских населенных пунктов население уезжает в областной центр, Нижний Новгород, и крупные города: Арзамас, Выксу, Кстово. Наименьшую долю среди прибывших имеют миграционные потоки из других государств. Наиболее высокий миграционный прирост к нам осуществляется из стран СНГ.  В последние несколько лет приехало 1760 человек , больше всего из Украины – 1241 человека, Таджикистана – 324 человека, и Казахстана – 195 человек. Миграционный отток в другие зарубежные страны у нас составляет 1065 человек, приезжает все-таки больше, но повторяю, мигранты не решают проблемы нормального воспроизводства населения, не говоря уже о расширенном.

Наметилась тенденция к увеличению миграционного потока за пределы РФ. За 10 лет доля выехавших из Нижегородской области в другие страны выросла в четыре раза. Наиболее активно, как уже было сказано, мигрируют молодые люди в возрасте 17-19 лет. Произошел всплеск миграции самых молодых людей в возрастной группе до 15 лет и в возрасте от 20 до 34 лет. Это свидетельствует о том, что малые города покидают молодые семьи с детьми. С возрастом миграционные потоки заметно ослабевают.

Мы провели социологическое исследование «что людей толкает на отъезд». Это прежде всего низкая оплата труда, близость или удаленность и транспортная доступность промышленного центра Нижнего Новгорода, недостаток рабочих мест. Вот основные причины отъезда с малой родины. Кстати, большое расстояние от Нижнего Новгорода, ограниченность информации, связи, контактов с центром снижает уровень миграции. То есть, получается так, что чем дальше от Нижнего Новгорода, тем миграция в город меньше. Развитость дорог, наличие водных путей, железных дорог облегчают связи между регионами и усиливают миграцию. Сергач, Заволжье, Богородск, Балохна имеют наибольший прирост внутренних мигрантов. Особенность производств в малых городах тоже сказывается на миграции. Например, Балохна имеет комбинат «Волга», развитые связи зарубежные, значительная часть мигрантов Балохнинских уезжает за рубеж. В Богородске то же самое, развитое производство из натуральной кожи, хорошие связи с Италией, Германией, и многие специалисты после стажировки в этих странах уезжают туда на постоянное место жительства. Больше всего едут в страны СНГ. Миграция в этот регион за последние несколько лет увеличилась в три раза.

Есть еще один фактор, который, помимо невысоких доходов, узости рынка, экономических проблемах,   влияет на миграцию. На процесс еще влияет социальное неравенство, оно оказывает разнонаправленное влияние на миграционные потоки. Какие мы  выделили виды неравенств? Мы наш определяющие поводы для того, чтобы люди уезжали с насиженного места: неравенство в обладании собственностью, в распределении доходов, жилищных условий, между мужчинами и женщинами, по национальному этническому признаку и по доступу к здравоохранению и образованию. Если говорить о социальном неравенстве, как факторе, который толкает на миграцию, на первом месте оказался низкий уровень доходов и несправедливость в их распределении. Это отметили 2/3 респондентов в средних, малых городах и сельских поселках. На втором месте неравный доступ к здравоохранению и образованию, и на третьем – неравенство в жилищных условиях. К тому же, исследование показало, что присутствие мигрантов повышает социальные риски. В малых городах эти риски растут, когда появляются мигранты: поднимаются цены на жилье, приходится создавать особые классы для детей приезжих, поскольку они плохо владеют русским языком. Трудовые мигранты из стран СНГ привозят с собой семьи, чтобы получить качественное образование и лечение. Но справедливости ради, малые города привлекают  их меньше, чем региональный центр и Москва, Петербург. Приезд мигрантов обостряет проблемы в малых городах. 26% населения малых городов отрицательно относятся к мигрантам. И это не так мало, как может показаться. Возрастает конкуренция на рынке труда, и эти 26% считают, что целесообразность приезда трудовых мигрантов в малые города низкая. Конкуренция на рынке труда достаточно сильная, она по-разному проявляется в разных сферах деятельности. Конкуренцию за рабочие места чувствуют – 30% наемных рабочих, самозанятые – 35%, со средним образованием – 40%. До 40% опрошенных из сферы строительства, области питания, торговли, сельского хозяйства заявили, что в их сегменте существует острая конкуренция.

Еще один показатель, который надо учитывать, когда мы говорим о миграционных потоках в малых городах, что там 20% домохозяйств вовлечены во временную трудовую миграцию. Как и в царской России зимой или, наоборот, летом временно уезжают: кто строить, кто заниматься другим бизнесом. Это достаточно большой процент населения.

В целом же, наш опрос показал, что население малых городов не ставит под сомнение необходимость их сохранения и развития. Правда, единого рецепта, как их сохранить и развивать — нет. Как мы видим, и у власти, кроме достаточно противоречивых теоретических наработок тоже нет. Понятно, что надо создавать условия для людей, чтобы они готовы были ехать из больших городов. Многие горожане хотят приобрести, особенно в пожилом возрасте, спокойствие, социальную однородность, невысокую стоимость жизни, хорошую экологию, таких людей достаточно много, но надо создать им соответствующие условия, а их никто в малых городах не ждет, как и мигрантов. В каждом малом городе нужно найти свой уникальный стержень для его развития или исторического наследия, или народной культуры, или ремесел, или рекреационные ресурсы, или для малого бизнеса. Вот тут как раз должна поработать местная власть и сами жители этих городов. Без инициативы снизу ничего здесь не получится. Одними деньгами из федерального центра проблему не решить.

Какие выводы можно сделать из того, что мы рассматривали, анализировали и поняли. Одна из траекторий динамики малых городов – это вовлечение их в орбиту быстроразвивающихся агломераций. Трудно спорить, что малые города с экономической точки зрения малоэффективны. Мы уже это проходили в советские времена, когда многие деревни были признаны неэффективными. Мы видим, что у нас происходит с сельским хозяйством, хотя позитивные сдвиги наблюдаются и тут тоже. Но это все длительный процесс, а не одновременное, разовое решение. Нужны механизмы, сглаживающие острые социальные противоречия, вызванные этими социальными трансформациями. Эти механизмы должны совместно определяться и федеральным центром, и местной региональной властью. Нам кажется, что в интересах России стремиться к равномерному распределению населения по территории, с меньшей эконагрузкой. Это более правильно, чем то, что сейчас происходит – сосредоточение ресурсов населения в десятке крупных мегаполисов.